В 1941 году в Ленинграде
У Фонтанного Дома, у Фонтанного Дома,
у подъездов, глухо запахнутых,
у резных чугунных ворот
гражданка Анна Андреевна Ахматова,
поэт Анна Ахматова
на дежурство ночью встает.
На левом бедре ее
      тяжелеет, обвиснув, противогаз,
а по правую руку, как всегда, налегке, в покрывале одном,
      приоткинутом над сиянием глаз,
гостья милая - Муза,
      с легкой дудочкой в руке.
А напротив через Фонтанку - немые сплошные дома,
окна в белых бумажных крестах.
      А за ними ни искры, ни зги.
И мерцает на стеклах
      жемчужно-прозрачная тьма.
И на подступах ближних отброшены снова враги.
О, кого ты, супостат, захотел превозмочь?
Или Анну Ахматову,
      вставшую в дозор у Фонтанного Дома,
      от Армии невдалеке?!
или стражу ее ленинградскую эту
      бессмертную белую ночь?
Или Музу ее со смертельным оружием,
      с легкой дудочкой в легкой руке?
1970-1971


                  I
Здесь только крест из дерева
                          невиданной породы
и над холмом
                  одни трилистники встают.
Здесь -
        только Ты.
Ты - как сама природа.
Ты и твоя последняя свобода...
Бездомный, как всегда,
                          твой мировой уют...
1967


                  II
О, живущая нестерпимо,
о, идущая неизгладимо,
оставляющая светоносный след.
Что за благость ко мне явилась?
Божья ль это,
                людская милость?
Рядом быть с твоею судьбой,
заслонять хоть на миг собой.
Что ж, что это было напрасно?
Часто робким, чаще безгласным,
по своим законам живем
По кремнистым путям идем.

Я иду за тобою
                  след в след.
Я целую его
                  свет в свет.
Я бессонная как ты,
                  бред в бред.
Знаю так же, как ты
                  что смерти нет.